Медицинские переводы финского языка в Магдебурге

В Доме дружбы народов им. А.Е. Кулаковского в Якутске состоялся диктант на финском языке, объединивший потомков ингерманландских финнов и всех, кому близка эта культура.

Его дистанционно провела Татьяна Исламаева – председатель КРОО «Центр финского языка в Республике Карелия», преподаватель финского языка и переводчик. После диктанта она прочитала лекцию об истории финской письменности и пообщалась с участниками о сохранении языка и культурной памяти.

Города Переводов поговорили с Татьяной о том, как прошел диктант, почему важны такие инициативы и какую роль играет память в судьбе малых народов. В интервью – история людей, чьи семьи когда-то были разлучены с родными местами, но сохранили живую связь со своими корнями.

– Как вы присоединились к проекту?

Я познакомилась с Финским культурным обществом примерно 4 года назад, на проводимом мною Круглом столе. Я регулярно организую в онлайн-формате международные дискуссии на актуальные темы по сохранению языков малых народов. Так мы подружились, и я начала вести онлайн-занятия  финского язык для участников Сообщества. И когда председатель Финского культурного общества Якутии Раиса Анисимовна Зырянова спросила о возможности всем нам поучаствовать в декаде диктантов, я с удовольствием согласилась. 

– Почему диктант на финском так важен именно для Якутии?

В 1930-е и 40-е в Якутию из Петербурга и Ленинградской области депортировали ингерманландских финнов, более 4000 человек, а может и больше. Многие умирали от голода и болезней по дороге. Потомки их до сих пор проживают на территории Якутии. Их родители когда-то говорили лишь на финском, так как в те времена  под Ленинградом еще существовали финские деревни, да и сам Петербург славился финским языком. Ведь город на Неве строился на территории исторического проживания ижор и ингерманландцев.

– Как проходил диктант и работа с участниками?

Онлайн-формат нам уже давно знаком, поэтому никаких технических проблем не возникло. И я наконец-то увидела всех участников, так как на обычных уроках они скрываются за выключенными камерами.

Текст я подготовила сама. Он был коротким – о Якутске, об ингерманландских финнах и об Обществе, на 10 минут.

Конечно, сначала все очень переживали, так как никогда на финском не писали – мы изучаем язык чуть больше года. Все участницы уже преклонного возраста (старше 70 лет). Но мы потренировались заранее. Ошибки – не ошибки. Главное – участие. Главное, что они все пришли на диктант. После него я провела краткую лекцию «Об истории финской письменности». Думаю, было интересно.

– Как думаете, чем мотивированы люди, изучающие финский в России? Культурой, личными историями?

Финны (плохо, что все эти народы объединили этим словом, абсолютно чуждым, не относящимся вовсе к этой языковой группе) всегда были коренными жителями России. Их много разбросано по нашей стране. История 30-х годов, к сожалению, заставила этих людей забыть свой родной язык. Я очень рада, что в Якутии живут эти смелые женщины, которые все же помнят историю и стараются сохранять свои корни.

Я сама финка, моя мама и все ее родственники были из Финляндии. Бабушка и дедушка бежали из Финляндии в 1930-е годы. Они были сторонниками коммунизма, красными финнами.

В те времена в Карелию прибыло достаточно много финнов. Финский язык долго звучал в наших краях. Сейчас он на пороге исчезновения. Но я стараюсь благодаря общественной деятельности организации «Центр финского языка в Республике Карелия» вести, прежде всего, просветительскую работу. Нам нужны хорошие педагоги и переводчики. К сожалению, Карелия утратила свое лидирующее место в этих направлениях. Но финский еще преподается в некоторых школах и в университете. Издаются газета и журнал. Но размах не тот. Специалисты заканчиваются.

– Почему важно проводить подобные мероприятия? Как они способствуют сохранению финского языка в России?

Память – самое главное. Она сохраняется в традициях, фольклоре. Историю нужно уважать. 

Чтобы молодые люди сохраняли язык предков и традиции, нужны активные взрослые, заинтересованные в сохранении культуры. Семья, школа, общественные организации должны вести соответствующую просветительную работу. К сожалению, такой деятельности недостаточно. Большинство молодежи охвачено совершенно другими идеями и мечтами. Мы рады, что существуют истинные любители, хранители древних традиций. Замечательно, что именно государственные организации в разных регионах организуют такие мероприятия, как этнодиктанты и этноконцерты, в которых принимает участие молодежь.

Я рада, что проводятся подобного рода мероприятия. И мы продолжим изучать язык наших родителей. Участницы диктанта очень скучают по ним и своему языку детства. Пока живы потомки, надо сохранять язык.

Подписывайтесь на сообщество Центра финского языка в Республике Карелия, чтобы следить за новостями и поддерживать сохранение финского языка в Карелии.

В ноябре 2025 года студенты переводческого факультета МГЛУ, изучающие финский язык, приняли участие в проекте «Архивный десант», реализованном на базе Ленинградского областного государственного архива в городе Выборге. В рамках переводческой практики 11 студентов и 3 преподавателя работали с финноязычными изданиями периода 1939–1944 годов. В ходе проекта было отсмотрено около ста архивных изданий, отобраны материалы и подготовлены 25 переводов финских текстов на русский язык, предназначенных для дальнейшего использования в архивной и исследовательской деятельности.

Одной из участников и переводчиков проекта стала студентка переводческого факультета МГЛУ Елена Латоша. В интервью она рассказывает о своём опыте работы с архивными материалами, переводе финских текстов военного периода и специфике переводческой деятельности в рамках проекта «Архивный десант».

Елена, Вы участвовали в проекте «Архивный десант» в Выборге. Что подтолкнуло Вас на участие в этом проекте и с какими ощущениями Вы впервые оказались в архиве?

В рамках проекта «Архивный десант» мы вместе с одногруппниками проходили переводческую практику в Ленинградском областном госархиве. Для меня самое важное — знать, что мои труды приносят пользу людям, интересны им. Переводы не должны уходить в стол! Этот проект — возможность быть на связи с широкой аудиторией, в том числе с другими перводчиками. В ноябре мы как раз поделились опытом перевода на конференции в Манеже.

Впервые я шла по Выборгу в архив с максимально серьёзным настроем на работу. Это был мой первый день «в поле», не учебный. Мой перевод останется на полках архива, его будут изучать... Нужно было уделить внимание каждой детали.

С какими статьями и темами Вы работали? Приходилось ли Вам обращаться к дополнительным источникам?

Я работала с финскими статьями, написанными в 1943 году. Они так или иначе касались Второй мировой войны. Одна статья была посвящена лоттам, в частности их заботе о пассажирах корабля, ингерманландцах. Другая же рассказывала о собирателе финского фольклора. Его сад в лесной глуши, которому он посвятил жизнь, был изуродован войной. Довольно тяжёлые статьи.

Без дополнительных источников, конечно, было никак. Приходилось зарываться в самую глубь Интернета в поисках статей, карт, имён и отрядов. Но самыми лучшими дополнительными источниками были наши преподаватели!

Были ли в текстах финские реалии, понятия или культурные детали, которые не имели прямых аналогов в русском языке? Как Вы выходили из таких ситуаций?

Вышеупомянутые «лотты» — как раз одна из таких реалий. Лоттами называли членов женской военизированной организации (Lotta Svärd), существовавшей в период с 1919 по 1944 год. В переводе, конечно, есть подобное пояснение.

Постоянно приходилось сопоставлять названия маленьких (и не очень) населённых пунктов Карелии на финском и на русском, ещё и избегая анахронизмов — с того времени названия уже успели поменяться, а сами населённые пункты могли перейти из состава одной страны в состав другой. Например, Кархумяки превратился в Медвежьегорск, а Отсойнен стал современным Мейери. Причём в финском начальную форму не так просто узнать. Так, «Отсойнен» в финском тексте выглядел как «Otsoisissa». Здесь и помогали карты, сайты областей Карелии, списки населённых пунктов.

Не обошлось в текстах и без «sisu» — того самого непереводимого слова, в котором заложена целая национальная идея Финляндии. Перевести его, конечно, получилось, но в описательном переводе или в аналоге такого слова, подходящем по контексту, теряются оттенки смысла. Я перевела как «финское упорство».

Множество понятий нельзя перевести с финского дословно. Например, историзм Isoviha – «Большой гнев» — по-русски передаётся как «Великое лихолетье». Или наша Зимняя война по-фински будет называться «Войной продолжения». Поэтому важно знать про само событие и прочитать про него в источниках на разных языках.

А ещё уже в 1943 году бальзам для губ Nivea использовалось как имя нарицательное. В тексте так и было: «намазать губы нивеей».

Какие особенности имеет работа с архивными текстами и что является самым важным при их переводе?

Важно помнить, что любая неправильно переведённая деталь может всё испортить. Могут оборваться ниточки связи с другими событиями, может исказиться исторический контекст, а неправильно переданный факт может стать casus belli. Так что необходимо иметь общие знания истории, принимать во внимание контекст описываемых событий, а так же перепроверять абсолютно всё, то есть уметь откопать любую информацию.

Елена Латоша в telegram и VK — @talvinenaurinko

Подробнее о проекте «Архивный десант»

17 декабря в школе LinguaContact прошёл бесплатный открытый урок по изучению финского языка через музыку. Участникам показали, как можно использовать песни как полноценный учебный материал: разбирать лексику и грамматику на примере текстов, работать с подстрочными переводами и осваивать язык в естественном контексте. В рамках урока была представлена структура музыкального курса BIISI, а также форматы PopBIISI и RockBIISI. Автор и преподаватель курса — Инесса Исаченко, директор и методист школы LinguaContact, преподаватель финского языка и переводчик. Ранее Инесса также провела открытый урок, посвящённый чтению на финском языке. На занятии обсуждалось, как подбирать тексты под уровень, почему чтение помогает формировать языковое мышление и как работать с финскими текстами без постоянного обращения к словарю.

В интервью Города Переводов поговорили с Инессой о том, как возникла идея изучать финский язык через музыку и чтение, какие переводческие задачи решаются в таких курсах, с какими сложностями сталкиваются изучающие финский и как аутентичные материалы помогают сделать работу с языком более эффективной.

Инесса, как родилась идея преподавать финский язык именно через музыку? В чем особенности этого курса?

Я и мои коллеги, преподаватели финского, всегда использовали песни на уроках, это заряжало студентов, позволяло соприкоснуться с финской манерой исполнения. Музыка — неотъемлемая часть культуры. Сами студенты порой приходили к нам только из-за любви к Kopriklaani или другой финской группе. Их целью было выучить финский для понимания текста песен. Однако что начинающие, что студенты продолжающего уровня испытывали трудности, пролезая через дебри финских песенных текстов. А ведь они — кладезь новой лексики, грамматики, устойчивых выражений. Захотелось помочь студентам одновременно и понять значение песен, и учить финский, но так, чтобы даже не возникало желания бросить перевод текста на полпути. Поэтому решила создать курс, где за основу использован текст песни, сопровождающийся словарями, грамматическими, лексическими, культурными справками. 

Как Вы отбираете песни для курса: важнее лексика, грамматические конструкции или культурная ценность текста?

Важна была узнаваемость в финском и общеевропейском культурном коде, те песни, на которые возможно есть и отсылки в других сферах культуры — театре, кино. Но, конечно, отбирали и по насыщенности текста — по бОльшему количеству полезной универсальной лексики, которую ученик сможет использовать и вне контекста песни. 

Недавно Вы проводили урок «Польза чтения на финском». Расскажите, как чтение помогает думать по-фински?

Курс чтения на финском родился на базе той же идеи, что и изучение финского через песни — хотелось дать студентам больше возможностей для расширения словарного запаса, но при этом не переутомить. Уже с первых уроков студенты понимают, что один из самых важных аспектов в изучении любого иностранного языка — запоминание новых слов. Чем чаще вы встречаете новые слова, чем интереснее контекст, тем больше эффективность изучения иностранных слов. Изучать язык через текст, наблюдая за тем, как сочетаются слова, какой грамматикой связаны — самое естественное изучение языка. Но читать самостоятельно очень сложно, студенты жаловались, что, открывая новую книгу вместо учебника, они в том числе открывают несколько словарей и справочников, чтобы как-то приблизиться к понимаю прочитанного. Вдохновение исчезало быстро. А вот на нашем курсе все есть в одном месте: словарь, картинки, наводящие вопросы — всё, чтобы читать было легко!

В чем Вы видите главные сложности финского языка и как Ваши курсы помогают преодолеть их?

Как и в изучении любого иностранного языка — запоминание новых слов. В финском сложности добавляет грамматика: вроде бы знаешь слово, но никогда его не узнаешь, когда оно стоит в форме падежа или спряжения. Например, koe — экзамен, kokeessa — в экзамене, сколько новых букв в одном слове, посмотрите, как оно увеличилось! Конечно, мы не изучаем «голую грамматику» — она, безусловно, интересна, но заговорить, зная одну грамматику, не получится. Поэтому на наших как очных и онлайн курсах, так и на дополнительных по изучению финского через песни или рассказы — делаем упор на применении правил, наблюдаем за языком таким, какой он есть и привыкаем говорить и писать как финны.

Ссылка на финский через песни

Чтение на финском

В Петербурге существует театр, который ставит спектакли на чистом финском. Актеры не знают этот язык — но они его чувствуют.

Финский театр Петербурга, или Pietarin Suomenkielinen teatteri — не сцена и не труппа в привычном смысле. Это история о большой любви и глубокой преданности – к театру, к языку, к культуре.

Мы поговорили с Ольгой Миловидовой — переводчицей, актрисой, преподавательницей, сердцем и голосом Финского театра — о том, как театр может начаться с архивной карточки, как язык без будущего времени живёт в настоящем, и как любовь становится самым точным проводником к культуре.

С чего началась Ваша любовь к финскому языку?

Я — из актёрской семьи. В школьные годы хотела поступать в театральный, даже начинала готовиться, училась в Театре юношеского творчества. Но тогда не решилась… Я для себя знала: если не театральный, то филфак. Но другой вопрос — куда на филфак? И тут я вспомнила, как с детства ощущала какое-то внутреннее родство с Пеппи Длинныйчулок, мне казалось, что я — это она. И так мне стало понятно, что я очень хотела бы читать Астрид Лингрен в подлиннике. Тогда я даже подумать не могла, что мне предстоит встретиться с ней вживую… Но вернемся в 1977 год: я начинаю готовиться к поступлению на филфак, но узнаю, что приема на шведское отделение в этом году нет. Зато был прием на финский. А я про Финляндию ничего и не слышала. Что она, где она?.. Но потом я узнала, что по программе вместе с финским смогу изучать и шведский. Тут уже и моя прагматичная мама подключилась, заверив, что с финским работа будет всегда. Так, собственно, и было принято решение.

Первые полгода я пребывала в отчаянии: я этот язык знать не хочу, он меня убивает. Ничего у меня к нему не лежит — все это сплошная абракадабра, а не язык. Но это было до тех пор, пока на одном из занятий я не прочитали танка Ристо Раса. Тогда финский открылся мне с другой стороны — как поэтичный, тонкий язык. Сейчас на моей полочке стоит сборник Ристо Раса, в котором ровно сто его стихотворений. Половину я уже перевела, а на вторую, пожалуй, хватит только другой жизни.

Вы не только переводите с финского на русский, но и работаете в обратной паре — а это редкость. Как Вы пришли к переводу с русского на финский?

В 2017 году наши литераторы, во главе с петербургским поэтом Евгением Лукиным, выпустили сборник «Финляндии с любовью».

В него вошли стихи русскоязычных поэтов — и живущих в Финляндии, и здесь, в России — на тему финского «золотого века» искусства, рубежа XIX–XX столетий. А перевести на финский было некому — сроки сжаты, гонорары скромные, кандидаты отказывались. Ну а наш народ вы же знаете: чем сложнее задача, тем интереснее. Я тогда была в Пскове, лето, и решила — попробую. И у меня вдруг получилось: я поймала эту внутреннюю мелодию, которую я чувствую на русском как носитель, и передала ее на финском. Уже после этого ради интереса я взялась за перевод Пушкина — это сложная работа, но она того стоит.

Что для Вас финский театр в Петербурге сегодня — и с чего всё началось?

Финский театр Петербурга — это совершенно уникальное явление. Хотя слово «проект» мне режет слух и кажется не совсем подходящим, другого я пока не нашла. Театр — это событие, это явление, но никак не здание. У нас его, к слову, нет. Это не какая-то точка координат на карте Петербурга.

Хотя исторически финский театр здесь был — в советском Ленинграде. К своему стыду, я узнала об этом совсем недавно. Но мы не пытаемся его «возродить» и не стремимся создать филиал Финского национального театра, основанного в 1872 году, когда Финляндия ещё входила в состав Российской империи. Тогда и он проходил императорскую цензуру — хоть и был национальным.

В 2021 году я неожиданно для себя оказалась в Театральной библиотеке Петербурга. Меня попросили — как филолога-финиста — посмотреть карточки из финского цензурного фонда. И там я обнаружила массу ошибок, но, взявшись за исправления, поняла: не могу, пока не прочту тексты полностью. В финском ведь нет грамматической категории рода — без контекста нельзя точно понять, о ком (мужчине или женщине) идёт речь.

Как только я получила в руки эти тексты, я сама не заметила, как попала в золотую клетку. Следующие три года я занималась фондом безвозмездно, из любви к искусству, к финскому языку, к культуре. Тогда через меня прошло около четырёхсот текстов.

Интересно, что фонд финской цензуры — не единственный в архиве Цензора Императорского театра. Самый большой — украинский, затем литовский, латышский, и лишь потом финский. Мы знаем немного о литературной цензуре благодаря Лермонтову, Пушкину, но почти ничего — о театральной. А она тогда была куда строже литературной: в театр ходили массово, и сцена воспринималась как социальная трибуна.

Этот фонд и стал для нас настоящей alma mater — улица Зодчего Росси, дом 2.

Спектакли в театре ставятся на финском языке. Но его не знают ни актеры, ни многие ваши зрители. В чем идея?

В университете Тампере с 90-х годов есть дисциплина «Сценическая речь». Финны придумали потрясающий приём: ставить спектакли на языке, который студенты не изучают. Это развивает артикуляцию и сценическую выразительность.

В 2018 году я увидела, как финские студенты под руководством Бориса Павловича поставили «Разговоры» Александра Введенского на русском. Тогда у меня ещё не было доступа к фонду, но я уже знала: это — мой путь. Потому что я чувствовала, что не могу хранить это в себе, я должна делиться своей находкой с людьми. Но как? Только поставив пьесы. Не для филологов, не для зрителей-финнов, а как актёрскую лабораторию. Я много разговаривала с разными режиссёрами, но всем казалось это пустым занятием. «Зачем, если всё переводят?» — говорили они. А я напоминала: ведь оперу мы уже давно не слушаем на переведённом либретто. У меня дедушка был оперный певец, и я прекрасно помню, как он в 60-е пел Риголетто по-русски. Но сейчас весь мир поёт оперу на языке оригинала. Это не легче — наоборот, петь на незнакомом языке трудно — и актёру тоже нелегко играть. Здесь уже решают талант и техника.

Но совсем без перевода, конечно, никак. Ведь по пересказу актер, как бы ни старался, не поймет ни автора, ни героев. Только когда узнаешь, о чём каждое слово — тогда начинается настоящий театр. Художественные тексты для нас переводит наш соратник и друг, профессор МГУ и заведующая кафедрой финно-угорской филологии Надежда Станиславовна Братчикова.

Наверняка было сложно найти команду единомышленников и найти поддержку. Так как же родилась ваша театральная лаборатория?

Открыли лабораторию мы в январе 2023 года. Набирали людей по опен-коллу — искали не просто знатоков языка, а настоящих актёров. Потому что только актёрская природа позволяет справиться с этой задачей. А знание финского — не гарантия: много кто знает язык, но не каждый сможет прожить роль на сцене. Так из семнадцати нас осталось только семь — те, кто не испугался трудностей.

Наш театр не смог бы появиться без Сеппо Кантерво, драматурга, режиссера, педагога. Мы познакомились в Петрозаводске в 2022 году. Он как раз принял решение уйти из Национального театра Карелии, в котором работал художественным руководителем. Я сказала, если приедешь в Петербург, мы сделаем «Финский театр».

Перед началом своей работы мы написали манифест «Театральный мост». Мы — Сеппо Кантерво, Павел Смирнов и я. Павел — наш продюсер, без его поддержки мы бы не смогли работать как театральный «проект». В октябре 2022 года мы выступили с предложением сохранить традиции интернациональных театров в Петербурге. Отличие с национальными театрами заключается в том, что интернациональный, чисто петербургский театр, предпочитает искать не столько новые формы, сколько новые смыслы в предлагаемых обстоятельствах.

Как вы выбираете пьесы для постановок — и что они рассказывают нам сегодня?

Пьесу я выбрала сама. Это короткий, остроумный фарс, но не буффонадой — с характером и смыслом. «Собрание булочников» написано в 1905 году Юрьё Хейлалой — журналистом и драматургом. В Петербурге тогда существовала мощная финоязычная диаспора — интеллигенция, переводчики, литераторы. Что-то издавалось даже здесь. Первый режиссер, который поставил наш сценический эскиз-читку — Александр Савчук, известный человек в нашем городе — режиссер своего театра «Лузорес», переводчик поэзии, кстати, педагог, интеллектуал.

Второй спектакль — водевиль в одном действии, с лёгким оммажем театру и иронией внутри. Написан как бенефис блестящей актрисе и легенде Финского Национального театра Авроре Аспегрен. Поставил пьесу «Дядюшка» Сеппо Кантерво. Интересен и сам автор — Самули Суомалайнен. Именно он первым перевёл Пушкина на финский, начав с «Капитанской дочки». И для финнов Пушкин открылся сначала как прозаик, а потом уже — поэт.

Сейчас у нас в работе «Сватовство» (реж. также Сеппо Кантерво) — пьеса о жизни петербургских финнов с отголосками «Женитьбы» Гоголя. Её же написал первый переводчик Лермонтова на финский Мартти Вуори. Он был чиновником, но при этом главным делом своей жизни считал литературу. Вот такой финский Грибоедов)

Как родился спектакль по стихам Кирси Куннас и почему он так важен для Вас?

Кирси Куннас — это, можно сказать, Маршак и Хармс в одном человеке. Она писала поэзию нонсенса — детскую, абсурдную, невероятно музыкальную. И перевести её почти невозможно. Но меня на это натолкнули некоторые события, а точнее — их сплетение.

8 ноября 2021 года умерла Кирси Куннас. И в тот же день родилась моя внучка. Тогда я взяла её первый сборник 1956 года и начала переводить. Но «встала» после десяти стихотворений. А в 2024 году у меня родилась вторая внучка — и я за десять дней перевела весь сборник.

Издать, к сожалению, не получится из-за авторских прав. Но зато можно поставить спектакль. И мы поставили. Всего за месяц подготовили целый спектакль вместе с выпускницей нашего РГИСИ и режиссёром Арети Сейнтариду. Это очень созвучный и близкий мне по интонации человек. Сама она родом из Греции, но русские корни привели ее в Петербург, где она заканчивает учебу. Покажем спектакль уже 1 июня — это будет мой личный праздник языка.

Когда у тебя появляются дети, ты ведешь их в школу. Когда сын родился, я придумала школу с финским языком. 204-я на Миллионной. Когда рождаются внуки, их стоит повести в театр или на концерт собственного сочинения…

Что остаётся, когда многое уходит — и какую роль в этом играет язык?

У меня нет финских корней, но есть безмерная любовь. И я чувствую, что я на своем месте и делаю именно то, что нужно.

В 2021 году я получила орден от президента Финляндии — стала рыцарем ордена Финского Льва, но из-за пандемии коронавируса не смогла поехать в Хельсинки. А потом, когда консульство нас покинуло, Генконсул передала мне на хранение 10 томов национальной библиографии и грампластинки.

Финский театр — это не только постановки. Это работа с культурой, с памятью, с языком. Мы участвуем в фестивалях: были в Театральной библиотеке, теперь — в фестивале литературных театров России. Этим летом едем на Лермонтовский фестиваль. Не читать Лермонтова по-фински — а рассказывать о тех, кто переводил и писал, жил на две культуры и на два языка. Это и есть наша задача: показать, что культура — это не про границы стран, а про связи.

27 апреля в 17:00 пройдет Детский концерт в Галерее дизайна Bulthaup. Юные музыканты под руководством Юлии Бройдо исполнят музыка Чайковского, Бетховена, Шумана, Гайдна, Десятникова, Баха. Будет ждать и Ольга Миловидова — она ведущая концерта. Билеты — по ссылке. А дети до 6 лет приходят на авторский концерт бесплатно.

Вся актуальная информация о деятельности Финского театра — в сообществе ВК и Телеграм-канале.

И помните: необязательно знать язык, чтобы понять спектакль. Главное — наши чувства. А это и есть язык. Живой. Здесь и сейчас.

В мобильной версии Google Translate для IOS появилась долгожданная функция гендерно-ориентированного перевода. Теперь всем пользователям будут показаны два результата для каждого перевода: мужской и женский. Новая функция позволяет переводить запросы с таких гендерно-нейтральных языков как турецкий, финский, венгерский и многих других. Разработчики обещают, что очень скоро эта функция появится и на Android.

В июле в Сургут поступил запрос на перевод большого свода законов в сфере оленеводства. Сборник включает в себя законы разных государств, таких как: Российская Федерация, США, Канада, Швеция, Норвегия, Финляндия и Монголия. Перевод заказал Департамент недропользования и природных ресурсов Ханты-Мансийского автономного округа — Югры и общественная организация «Спасение Югры». По инициативе этой организации, совместно с всемирной Ассоциацией «Оленеводы Мира» будет издан сборник законов в сфере оленеводства.

«Для меня это первый заказ такого масштаба. — Рассказывает менеджер проекта Дмитрий Горшелев. — Необходимо было не только перевести российские законы на английский язык и англоязычные на русский, но и перевести законы Финляндии, Норвегии и Монголии (они были предоставлены в оригинале) на оба этих языка. Сборник законов будет издаваться в русскоязычном и англоязычном вариантах.

Помимо объема и необычной сферы самих переводов, у меня был личный интерес к этому заказу. В октябре 2019 года я был переводчиком-волонтером на II заседании Совета Ассоциации «Оленеводы Мира» в Сургуте. Там я помогал общаться оленеводам из разных стран и даже перевел два интервью с оленеводами из Швеции и Норвегии для местных телеканалов. Также мы ездили на пастбище оленей, которое находится в нескольких часах езды по бездорожью от г. Лянтор. Там оленеводы общались между собой в неформальной обстановке, на застолье. Я даже переводил для них тосты. Это был очень интересный опыт, и я даже не предполагал, что в будущем мне предстоит делать перевод оленеводческих законов. Я был рад такой случайности, а сам заказ, в свою очередь, послужил хорошим опытом ведения крупных проектов.»

Федерация городошного спорта Карелии разработала онлайн-версию национальной карельской игры «Кюккя». А переводчик Наталья Воробей перевела забаву на собственно карельское наречие. Сама игра принципом схожа с русскими городками, но значительно отличается правилами.

Петрус Шродерус, известный в интернете как «поющий полицейский», выпустил альбом с песнями на русском языке. Со слов исполнителя, он знал эти песни на финском, но захотел выучить их и на русском. Чтобы отточить произношение и максимально приблизиться к оригиналу, он даже нанял репетитора. Клип Шродеруса на песню «Я люблю тебя, жизнь» стал самым популярным видео в финском сегменте «Ютуб», набрав около трех миллионов просмотров.

В полиции Петрус служит больше 16 лет, правда, с перерывами. Семь лет он солировал в Национальной опере Финляндии. И до сих пор «поющий полицейский» занимается вокалом и регулярно выступает с концертами.

Форум проходил с 18 по 19 февраля в Нижневартовске и собрал глав «нефтяных» регионов, городов и вузов, ученых и экспертов отрасли из крупнейших российских и зарубежных компаний. На несколько дней городской Дворец искусств стал площадкой научной конференции, конкурса инновационных проектов, нефтяного конгресса, выставки современных технологий, зимней школы «ЭнерГений», деловых встреч и других мероприятий.

Молодые ученые и инженеры представляли свои проекты высокоэффективного производства и зеленых технологий, обсуждали прогнозы развития отрасли и нефтедобывающих регионов. В панельной дискуссии «Мировые тенденции нефтяной отрасли: сегодня и завтра» приняли участие ректор Санкт-Петербургского горного университета Владимир Литвиненко, губернатор ХМАО-Югры Наталья Комарова, генеральный секретарь Национального нефтяного комитета Сербии Горан Радосавлевич, профессор Анжей Краславски из Финляндии и Анжей Краславски из Норвегии.

«Меня удивило, что на столь представительном форуме, рекордном по числу участников, переводом обеспечили только докладчиков и содокладчиков, находившихся на сцене, — отмечает Анна.— Аудиторию же оставили без наушников для прослушивания перевода выступлений англоязычных иностранных представителей. Впрочем, возможно, молодые участники форума «Нефтяная столица» свободно владеют языками и привыкли слушать доклады на английском».

Для специалиста «Городов переводов» участие в мероприятии стало своего рода школой повышения «нефтяной» квалификации, позволило расширить кругозор в области нефтегазового оборудования и технологий. Кроме того, Анна была рада возможности расширить собственные горизонты — как знакомством с зарубежными партнерами российских нефтяников, так и общением с интересными людьми.

Новость подготовила Татьяна Ильина. На фотографии участники форума.

Компанию "Города Переводов" пригласили посетить «Дом радужного детства» — первый в Омской области детский хоспис, который открыл свои двери 15 апреля 2019 года. Дети здесь находятся под чутким присмотром своих мам, квалифицированных медицинских работников и заботливых волонтёров.

Сотрудники компании составили программу для детей и их мам. Детям — кукольный театр на основе сказки «Кто сказал мяу», творческий урок лепки от Сабита Капкенова и Никиты Асташенко и шоу мыльных пузырей под руководством Татьяны Абраменковой. Мамам — урок фламенко и турецкого. Анжелика Капустник показала и предложила мамам повторить некоторые движения (флорео) из испанского танца, а Динара Йылдырым познакомила их с турецким алфавитом и парой грамматических тем, с которыми уже можно составить короткие предложения.

В хосписе удалось познакомиться с двумя женщинами из Финляндии, которые работают волонтерами, гуляют с детьми, разговаривают с ними не только на русском, но и на финском языке.

Найдите свободную минуту для добра. Компания "Города Переводов" благодарит друзей и партнеров из благотворительного центра «Радуга» за возможность сделать этот мир немного радостнее!

На фото: Сабит Капкенов и жители хосписа.

Новость подготовила Екатерина Балова.